Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Химия»Содержание №12/2001

ПРОБЛЕМЫ ЭКОЛОГИИ

ОТХОДЫ, МУСОР, ОТБРОСЫ...

Общество потребления и культура умеренности

Прогресс общества по-прежнему отождествляется с ростом потребления материальных благ. Высокоразвитые страны, создавшие общество потребления, считаются эталоном, к которому должны стремиться развивающиеся страны. Однако, чтобы приблизиться к стандартам потребления развитых стран, развивающимся необходимо в сотни раз увеличить использование сырья и энергии. При существующем соотношении между этими странами планета не выдержит такой нагрузки, экологическая катастрофа станет неизбежной.

Уменьшить потребление природных ресурсов и соответственно образование промышленных отходов возможно, если изменить экономическую ориентацию общества (такая перестройка в развитых странах уже наметилась), полнее использовать разработанные принципы рационального природопользования – снижение ресурсоемкости производств, использование комплексной переработки сырья, внедрение мало- и безотходных технологий и т. д.

Сложнее ограничить потребление, воспитать культуру умеренности. Потребление стало важнейшей частью жизни, прочно заняло первое место в системе жизненных ценностей. Походы за покупками, а не посещение театров, музеев, парков, библиотек, чтение книг, стали чуть ли не основным видом культурного досуга значительной части людей. Потребление становится способом самоутверждения. Возможность приобретать вещи – мерилом успехов, социальной и просто человеческой значимости (в собственных глазах и в глазах окружающих), а не такие традиционные добродетели, как порядочность или мастерство.

При этом высокий уровень потребления часто не связан и не дает ни интересной работы, ни дружбы, ни счастливой семьи; мир обильного потребления нравственно беден и пуст, не удовлетворяет заложенные в человеке духовные запросы. Более того, как показывают психологические исследования, факторы, определяющие ощущение счастья, мало связаны с потреблением.

Потребительский спрос охватил не только развитые, но и бедные страны (рис. 7). Даже в Индии, стране с богатыми духовными, историческими традициями, отмечается взрывной характер роста потребления средним классом, насчитывающим более 100 млн человек, – покупок в кредит автомобилей, телевизоров и других предметов «шикарной» жизни, такой, как в «мыльных сериалах».

Огромную роль в расширении и культивировании потребительства играет помимо социально-политических и экономических причин их настойчивая пропаганда и реклама, ставшая за последнюю четверть века мощной и самой динамически развивающейся отраслью экономики. Пресловутый «пиар» (РR – public relation – общественная информация и реклама) обладает огромной силой воздействия и внушения, в чем мы могли убедиться в ходе прошедших выборов в Государственную Думу. На примере телевизионной рекламы мы видим, как специалисты по маркетингу открывают все новые пути стимулирования покупок товаров (часто нечестные). Идет не только пропаганда одноразовых вещей, но и осуществляется экономическая политика запланированного устаревания вещей (сначала просто АСЕ, потом АСЕ с лимонным запахом, потом АСЕ с красной крышечкой) с помощью рекламы и моды. Рекламная индустрия – грозный противник экологии.

И тем не менее потребление должно быть поставлено на подобающее ему место среди других источников личного удовлетворения. Культура умеренности, хотя бы в плане использования велосипедов как более полезной для здоровья альтернативы автомобилю или товаров с длительным сроком службы, обеспечивающими не только необходимую степень комфорта, но и способствующими сбережению природы, должна стать одной из главных нравственных ценностей человечества, желающего жить на планете.

Для каждого человека выбор принципа разумной достаточности в потреблении – глубоко личный. И сделать этот выбор достаточно трудно.

Тысячелетия человек оценивал свои успехи объемом потребительских благ, меняющихся с течением времени.

В I в. до н. э. древнеримский философ Тит Лукреций Кар писал: «Нам перестали нравиться желуди. Мы уже не хотим спать на ложах, устланных травой и листьями. Носить шкуры диких животных тоже вышло из моды. Вчера – шкуры, сегодня – золото и пурпур».

Через два тысячелетия о том же говорил Л.Н.Толстой: «Поищите между этими людьми, от бедняка до богача, и найдите человека, которому бы хватало то, что он зарабатывает на то, что он считает нужным, и вы увидите, что не найдете и одного на тысячу. Нынче приобрел поддевку и калоши, завтра часы с цепочкой, послезавтра – квартиру с диваном и бронзовой люстрой, после – ковры в гостиную и бархатные одежды, после дом, рысаков, картины в золоченых рамах».

Эту «особенность» человечества подметил и выдающийся немецкий философ Ф.Энгельс: «...цивилизация совершила такие дела, до каких родовое общество не доросло даже в самой отдаленной степени. Но она совершила их, приведя в движение самые низменные побуждения и страсти людей и развив их в ущерб всем их остальным задаткам. Низкая алчность была движущей силой цивилизации с ее первого до сегодняшнего дня; богатство, еще раз богатство и трижды богатство, богатство не общества, а вот этого отдельного жалкого индивида было ее единственной определяющей целью. Если при этом в недрах этого общества все более развивались науки и повторялись периоды высшего расцвета искусства, то только потому, что без этого невозможны были бы все достижения нашего времени в области накопления богатства» («Происхождение семьи, частной собственности и государства», 1884 г.).


Рис. 7. Мальчик-монах в супермаркете
г. Катманду в Гималаях – земле храмов, молитв и медитаций

Отходы, мусор, отбросы и здоровье населения, перспективы развития человеческой цивилизации

Отходы, мусор и отбросы создают не только угрозу окружающей среде, но и здоровью населения. В развивающихся странах переработке подвергают менее 10% всех видов отходов, и даже из этого количества – лишь незначительная часть с соблюдением санитарно-гигиенических норм.

По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), свыше 2 млрд человек (треть населения земли) страдают от отсутствия минимальных санитарных условий, а половина городского населения развивающихся стран не обеспечена надлежащими средствами удаления мусора и отбросов.

Ежегодно 5,2 млн человек (из них 4 млн детей) умирают от заболеваний, связанных с загрязнением окружающей среды мусором и отбросами. Болезнь и смерть становятся не только медицинской, но и нравственной проблемой поведения людей, их жизни в собственных отбросах.

Появилось множество болезней «промышленного» происхождения, такие, как болезнь Минаматы (отравление ртутью), болезнь Юшо-Ю-Ченга (поражение печени диоксином), асбестоз (разрушение легких асбестовой пылью), болезнь Кашина–Бека (фосфорно-марганцевая интоксикация), известны случаи многочисленных генетических аномалий у жителей Таджикистана и Семипалатинской области Казахстана, обусловленных состоянием окружающей среды. В 1976 г. в городе Севезово (Италия) в результате нарушения правил захоронения отходов произошло отравление диоксином сотен людей. Вновь возникают эпидемии давно забытых болезней, таких, как шистосоматоз, которым больны более 200 млн человек, холера и чума, напрямую связанных с загрязнением воздуха, воды, почвы, жилищ мусором и отбросами, которые могут поставить мир на грань катастрофы. Ежегодно в мире регистрируется 500–600 случаев чумы, более 260 видов крыс и других грызунов – основных переносчиков этой болезни – лишь ждут благоприятных (антисанитарных) условий для повального размножения. И это не преувеличение, не алармизм (запугивание) – в истории человечества страшные катастрофы, связанные с заболеваниями многих миллионов людей, уже случались. Достаточно вспомнить эпидемии чумы в средневековой Европе.

Чума – самая распространенная в средние века и наиболее опасная из заразных болезней. Впервые была отмечена в середине III в. н. э., когда она распространилась во многих городах цивилизованного мира. В дальнейшем чума появлялась регулярно, чуть ли не каждое десятилетие в разных странах, нанося большой ущерб населению.

Сильнейшая эпидемия чумы, случившаяся в середине ХIV в. и получившая название «черной смерти» из-за черных бубонов, появляющихся на теле больного, – одно из самых страшных событий средневековой истории человечества.

Эта пандемия «черной смерти» в течение 2–3 лет охватила всю Европу, вплоть до таких ее отдаленных уголков, как Норвегия и даже Гренландия. Считают, что за 1348–1350 гг. была уничтожена треть населения стран, лежащих между Исландией и Индией. По имеющимся данным, за эти годы от чумы погибла примерно четверть западноевропейского населения – около
25 млн человек. В разгар эпидемии в Вене ежедневно умирало 500–700 человек, в иные дни эта цифра доходила до 900 и даже 1200. В папской резиденции Авиньоне (Южная Франция) из-за невозможности погребать в земле такое количество жертв чумы папа Климентий VI освятил воды реки Роны и разрешил бросать в нее умерших. Значительно пострадала от чумы Англия, особенно Лондон.

В Италии потери были еще больше, там вымерла почти половина населения, в Венеции – три четверти, во Флоренции – две трети населения было унесено «черной смертью». Итальянский поэт и гуманист Франческо Петрарка, сообщая другу об опустошениях, произведенных «черной смертью» во Флоренции, писал: «О вы, счастливые потомки, вы не будете знать таких адских несчастий и сочтете наше свидетельство о них за страшную сказку!»

В России «черный мор» ХIV в. особенно свирепствовал в Смоленске, Пскове, Новгороде, Рязани, Коломне, Переяславле, Москве. Согласно Никоновской летописи в Смоленске после чумы остались в живых лишь 10 человек.

По всей видимости, чума была занесена в Западную Европу через Северную Африку из Восточной Азии. По свидетельству историков, по Средиземному морю плавали корабли с вымершим от чумы экипажем и, прибиваясь к берегу, приносили с собой заразу. Ее переносчиками были крысы, дававшие приют крысиной блохе, несущей в себе возбудитель болезни – чумные палочки. Через блох чумой заражались не только люди, но и домашние животные, почва, зерно, что создавало условия для пандемического характера распространения болезни.

В средневековых городах крысы нашли идеальные условия для своей жизни. Можно утверждать, что появление чумы в средние века, ее эпидемический характер связаны с тем, что в это время технические и гигиенические достижения античности, познания людей в области охраны среды своего обитания были в значительной мере утрачены. С падением Римской империи перестали соблюдать существовавшие до того строгие предписания относительно устранения твердых и жидких отбросов из городов.

Вызванные социально-политическими причинами рост и развитие средневековых городов, лишенных элементарных гигиенических условий, имели тяжелые последствия, связанные с накоплением отходов потребления, грязи и нечистот, увеличением числа мух, насекомых, крыс и других переносчиков инфекции.

Новые жители городов из окружающих деревень переселялись в него вместе с домашним скотом и птицей – гуси, утки, свиньи бродили по улицам и площадям городов, загрязняя их экскрементами. По деревенской привычке мусор и экскременты из домов выбрасывали на улицу. Смрад стоял в воздухе, улицы утопали в грязи настолько, что в распутицу по ним невозможно было пройти. Именно тогда, как говорят дошедшие до нас летописи, во многих немецких городах появились ходули, «весенняя обувь» горожанина, без которых передвигаться по улицам было невозможно.

В одном описании Лондона ХIII в. говорится об узких улочках, похожих на тропинки и извивающихся между нависшими по обеим сторонам домами. Посередине каждой такой улочки стекали сточные воды, в которые бросали свои отходы мясники, сливали ненужное варево мыловары и кожевники, и все это попадало в Темзу, игравшую таким образом роль главного коллектора городской канализации. Грязная вода просачивалась в подземные водоносные горизонты, отравляя колодцы, поэтому лондонские водовозы были постоянно загружены работой, доставляя жителям города воду из чистых колодцев предместий. Часто для питья многие использовали пиво или вино.

Французский король Людовик IX (ХIII в.) был облит помоями из окна, после чего жителям Парижа было разрешено (!) удалять бытовые отходы через окно, лишь трижды предварительно крикнув: «Берегись!»

В ХIV в. в Нюрнберге – самом крупном и «благоустроенном» городе Германии того времени – магистрат в целях «очищения воздуха» решил запретить горожанам держать свиней на улицах. Германский император Фридрих III (ХV в.), въезжая в г. Ресттлинген, едва не утонул в нечистотах вместе с увязшей в них лошадью.

Не лучше обстояли дела в самих домах. Вот что писал выдающийся гуманист Эразм Роттердамский в начале ХVI в. об Англии: «Все полы здесь из глины и покрыты болотным камышом, причем эту подстилку так редко обновляют, что нижний слой нередко лежит не менее 20 лет. Он пропитан слюной, экскрементами, мочой людей и собак, пролитым пивом, смешан с объедками рыбы и другой дрянью. Когда меняется погода, от полов поднимается такой запах, какой, по моему мнению, никак не может быть полезен для здоровья».

Масштабная эпидемия чумы еще раз охватила Европу во второй половине ХVII в. В России она пришлась на царствование Алексея Михайловича, распространившись от Чернигова до Казани и от Новгорода до Астрахани. Ее последствия были не менее ужасны, но на этот раз от чумы пострадало гораздо меньше стран, больше всего – Германия и Англия, особенно Ирландия, где, по свидетельству летописца, «из-за чумы обезлюдели целые деревни и города, замки и рынки, так что трудно было найти в них живого человека. Зараза была такой сильной, что тот, кто коснулся больного или мертвого, скоро и сам захватывался болезнью и умирал. Одновременно хоронили исповедавшихся и исповедников. Страх смерти удерживал людей от любви к ближнему и от исполнения последнего долга перед усопшими».

Эпидемии чумы отражены в западноевропейском изобразительном искусстве, во многих литературных памятниках эпохи рассказывается о них, например описание эпидемии чумы оставил в «Декамероне» знаменитый итальянский гуманист и писатель Джованни Боккаччо, который находился во Флоренции в 1348 г. и видел собственными глазами «черную смерть», от которой умер его отец.

Боккаччо был, пожалуй, единственным, кто представил чуму не просто как исторический факт или аллегорию, а понял, что эпидемия чумы – это общественное бедствие и, более того, кризисный момент состояния мира, переходящего от средневековья к новой эпохе.

Эпидемии чумы, с современной точки зрения, это экологические кризисы, приведшие к значительным потерям народонаселения, но которые человечеству, к счастью, удалось пережить. Они, несомненно, оказали значительное влияние на историю средневековья, появление реформаторских течений в церкви, сыграли огромную роль в развитии общественных отношений, способствовали ускорению процесса формирования европейских наций, отразились в самых разных областях жизни и на морали тех, кто выжил, изменили облик городов, способствовали росту санитарии, гигиены и цивилизованности, как личной, так и общественной
(19 апреля 1699 г. Петр I издал указ «О соблюдении чистоты в Москве и наказании за выбрасывание сору всякого помету на улицы и переулки»).

О всемирных катастрофах, подобных эпидемиям чумы, приходится, к сожалению, в последнее время вспоминать все чаще. Благодаря сообщениям средств массовой информации об экологических кризисах антропогенного характера – разрушении озонового слоя Земли, кислотных осадках, усилении парникового эффекта, авариях на ядерных объектах, экспоненциальном росте количества промышленных отходов и бытового мусора и других – сейчас знают все и, кажется, знают всё, вполне справедливо определяя сегодняшнее состояние человечества, как «пир во время чумы», и не подозревая, как оно точно.

Кстати, не мешает здесь вспомнить и пушкинскую маленькую трагедию «Пир во время чумы». В лекции, затем в статье о Пушкине «Колеблемый треножник» (1921, 1937) Владислав Ходасевич пророчески писал, что «отодвинутый в “дым столетий”, Пушкин восстанет там гигантским образом... И кто знает, что прочитают в нем грядущие люди, какие открытия они сделают в мире, созданном Пушкиным?» Воспользуемся дальше образным языком поэта – исследователя русской поэзии. Во все убыстряющемся беге времени, едва справившись с одной бедой и тут же заплевав алтари пророков, толпа людей (человечество) спешит опять «выбраться на подмостки истории, чтобы сыграть свою роль – и уступить место другим, уже напирающим сзади». Эта резвая, ничего не жалеющая толпа – это «дитя играющее», которому никто не смеет сказать: «Остановись! Не шали!»

Упомянутые выше экологические кризисы – это те «детские шалости» человечества, которые ведут к разрушению естественных экосистем на огромных территориях и уже привели к тому, что человек в значительной мере замкнул на себе потоки энергии, протекающей в биосфере, резко перераспределил их, направив в первую очередь на домашних паразитов, в том числе крыс, мышей, микроорганизмы («поголовье» грызунов в Москве составляет более 170 тыс. особей, и оно не уменьшается, несмотря на то, что ежегодно службой дезинфекции уничтожается почти 90 тыс. мышей и крыс).

Главной особенностью экспоненциального роста (в том числе отходов, мусора и отбросов, загрязнения окружающей среды) является то, что воздействие или изменение обнаруживается внезапно. Поясним это на простом примере. Если, допустим, водоем зарастает микроскопическими водорослями («цветет») в результате антропогенного эвтрофирования* и этот процесс имеет экспоненциальный характер, то от половины площади водоема до его полного зарастания проходит всего один день (!), до этого темп зарастания был едва заметен.

Разрушение естественных экосистем и биоты, являющихся гораздо более сложными системами, чем человеческая цивилизация, не только разорвало биогеохимические циклы, но и нарушило потоки информации, управляющие нормальным функционированием и устойчивым развитием биосферы и, по мнению специалистов, на много порядков превышающие возможности тех информационных систем, которые уже разработаны или могут быть разработаны человеческой цивилизацией.

«Только тонкая настройка стратегии Природы и стратегии разума (выделено автором. – Е.Б.) способна обеспечить обществу будущее», – отмечал наш соотечественник, выдающийся ученый, математик, философ и эколог, академик Н.Н.Моисеев в работе «Современный рационализм» (1995). В этой стратегии коэволюции (совместное развитие) Природы и Общества, которую необходимо разработать Коллективному Интеллекту общепланетарного масштаба, важнейшую роль должны играть, по мнению ученого, нравственно-социальная компонента, нравственный императив (направление) экологического мышления и мера способности человечества следовать им.

Того же мнения придерживался академик А.Д.Сахаров: «Научно-технический прогресс не принесет счастья, если не будет дополняться чрезвычайно глубокими изменениями социальной, нравственной и культурной жизни человечества. Внутреннюю духовную жизнь людей, внутренние импульсы их активности трудней всего прогнозировать, но именно от этого зависит в конечном итоге и гибель, и спасение цивилизации» («Мир через полвека». «Вопросы философии», 1989, № 1).

Трудна задача нравственного воспитания, причем не отдельного человека, а человечества в целом. Как писал Л.Н.Гумилев: «Для того, чтобы уберечь беззащитную природу от бессовестных людей, нужно объяснить им пользу от биоценологии, а это сверхсложно. Учение о полезных и вредных животных и растениях гораздо ближе рассудку обывателя, нежели понятие о гармоничности жизни на планете Земля. Обыватель предпочитает ощущать себя царем природы, а не ее составной частью. Природа не только наш дом, она – мы сами» («Этногенез и биосфера Земли», 1979).

В 30-е гг. ХХ столетия у нашего великого соотечественника В.И.Вернадского еще были основания считать, что «цивилизация культурного человечества – поскольку оно является формой организации новой геологической силы, создавшейся в биосфере, – не может прерваться и уничтожиться (выделено Вернадским. – Е.Б.), так как это большое природное явление, отвечающее исторически, вернее геологически, сложившейся организованности биосферы».

К сожалению, происходящие сейчас изменения в биосфере с особой остротой поставили проблему возможного конца человеческой цивилизации, причем не в неопределенном будущем, о чем многократно предупреждали разные пророки и ученые, от Иоанна Богослова до Томаса Мальтуса, а во вполне обозримом и по вполне конкретным и весьма прозаическим причинам.

Стоящая перед человечеством дилемма – либо ему удастся сохранить биосферу и себя в ней, либо оно безвременно покинет ее – разрешится в пользу человека, если он, назвавший себя Ноmо saрiеns, сможет сдать, по крайней мере на «удовлетворительно», экзамен на подлинную разумность.

Е.Э.Боровский

______________________
*Эвтрофирование (от греч. eutrophia – хорошее питание) – насыщение водоема биогенными элементами.